Экологический кризис: виновато ли Христианство?


автор: Вячеслав Алексеев

ХРИСТИАНСКИЕ АЛЬТЕРНАТИВЫ ИНСТРУМЕНТАЛИЗМУ: ФРАНЦИСК АССИЗСКИЙ

На самом деле христианское отношение к природе не совпадает с инструментализмом или по меньшей мере не ограничивается только им. Среди христиан всегда присутствовало выраженное духовное движение иного рода, всегда находились богословы и мистики, одухотворявшие природу, видящие в ней живое существо, а не орудие достижения целей, выгодных человеку. В связи с этим я хотел бы вновь вернуться к тексту статьи Линна Уайта.
Хотя Уайт возлагает ответственность за экологический кризис именно на христианство, он вовсе не делает из этого радикальных выводов и не предлагает подобно Тойнби отказаться вообще от нашей религии. Более того, Уайт называет себя церковным человеком, он пытается обнаружить в христианской традиции духовный потенциал для решения экологических проблем. По мнению Уайта наука и техника сами по себе не позволят нам справиться с экологическими проблемами, необходимо прежде всего духовное преображение человека. Уайт при этом скептично оценивает предложения заимствовать восточные религии, например, дзен-буддизм. По его мнению нам следует искать решение проблем в духовном багаже собственной религиозной традиции. В связи с этим Уайт предлагает обратиться к наследию “величайшего радикала в христианской истории после Христа” - Франциска Ассизского.
Потенциал для создания гармоничных отношений с природой Уайт усмотрел во францисканской идее смирения. Франциск считал, что нам необходимо не только смирение друг перед другом, но также перед другими Божьими творениями - смирение человека как вида. Нам следует отказаться от монархического господства над природой и установить равноправие в отношениях со всякой тварью.
Позднее комментаторы утверждали, что Франциск обратился со своей знаменитой проповедью к птицам в упрек людям, которые не захотели его слушать. Однако на самом деле его проповедь птицам была вполне серьезной и не была сделана в ущерб человечеству. Франциск призывал птиц хвалить Бога, и те в духовном экстазе хлопали крыльями и радостно щебетали. Такое отношение к тварям Божиим действительно было серьезным, и об этом свидетельствуют некоторые францисканские легенды, которые сегодня выглядят достаточно комично. Рассказывают, например, что один район в Апеннинах разорял страшный волк. Согласно легенде Франциск поговорил с волком и объяснил ему ошибочность его действий. Волк покаялся, умер в ореоле святости и даже был похоронен в освященной земле.
В каждом создании Франциск видел присутствие Бога, самоценное существо, наших братьев и сестер. При таком подходе муравей перестает быть поводом для проповеди лентяю, а огонь – лишь символом стремления души к Небу. Теперь это - Брат-Муравей и Брат-Пламя, которые обладают самоценным бытием и способны воздавать хвалу Творцу. Франциск защищал зверей, находящихся в неволе, при возможности проявлял к ним сочувствие или освобождал их. Более того, он почитал даже неживую природу – скалы, реки, землю. Когда Франциск встречал на своем пути цветы, он обращался к ним с проповедью, призывая их славить Бога. Он увещевал поля, виноградники, камни и леса, сады, землю, огонь, воздух и ветер, Луну и Солнце.
Видение природы Франциском основывалось на панпсихизме - наделении способностью к сознанию всего сотворенного, в том числе кажущихся неодушевленными предметов и стихий. Все они согласно Франциску созданы для прославления своего Творца. Именно такого рода отношение к природе по мнению Линна Уайта может стать духовным рецептом решения экологических проблем. Его резюме таково:
“Современная наука и техника столь пропитаны ортодоксальным христианским высокомерием в отношении к природе, что не следует ждать разрешения экологического кризиса только от них. Корни наших бед столь основательно религиозны, что и средство исцеления тоже должно стать религиозным по своей сути, как бы мы его ни называли. Мы должны заново осмыслить и глубоко пережить в душе, в чем же состоит наше полное предназначение и какова наша природа. Первоначальное францисканство обладало глубоко религиозным, хотя и еретическим пониманием духовной самоценности всего, что есть в природе и это помогает нам найти направление к выходу. Я - за Франциска как святого покровителя для экологов” (Уайт Л. Исторические корни нашего экологического кризиса//Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности. М., 1990, с. 202).
Вместе с тем Уайт отмечает, что современный человек, озабоченный проблемой экологического кризиса, вряд ли окажется способным увещевать птиц или советоваться с волком. Это означает, что цивилизация и дальше будет идти по пути обострения экологических проблем, до тех пор, пока не будет отвергнута догма, согласно которой у природы нет никакого другого предназначения, кроме служения человеку. Франциск выдвинул альтернативный взгляд на природу, но потерпел неудачу.
Действительно его последователи постепенно растеряли тот экологический потенциал, который присутствовал в его проповеди. Позднее монахи францисканского ордена уже не рисковали проповедовать Солнцу, ветру, животным и цветам. Тем не менее, Франциск Ассизский был канонизирован Католической Церковью, а в 1979 году он был объявлен небесным покровителем тех, кто благородно борется за спасение природы. Папа Иоанн Павел II по поводу этого события высказался так:
“Я надеюсь, что пример Франциска Ассизского поможет нам сохранить ощущение “братства” со всеми хорошими и красивыми вещами, которые создал Всемогущий Господь. И пусть он напоминает нам о нашей серьезной обязанности уважать их и заботиться о них в свете высшего братства, существующего в пределах человеческой семьи” (Иоанн Павел II. Экологический кризис: Общая ответственность//Гуманитарный экологический журнал. 2001, т. 3, вып. 2, с. 75).
Сегодня монахи францисканского ордена известны в католическом мире своим участием в экологическом движении.